Небольшая группа очень богатых и влиятельных людей желает полностью захватить американский рынок легальной конопли, полагая, что им удастся управлять всей индустрией с помощью единой и непоколебимой компании-монополиста. Иными словами, они желают объединить всю индустрии страны под флагом единой компании, которая станет своеобразным Monsanto от мира легальной марихуаны. Кто же эти заговорщики, и что мы можем сделать, чтобы помешать сотворению их коварных планов?

Как и многие другие невероятные истории, моя охота за людьми, которые могут стоять во главе данного заговора, началась в результате одного длинного викенда в Лас-Вегасе. Дело было в конце ноября прошлого года, когда мне довелось провести командировку в «городе греха», где как раз проходила большая конференция для представителей конопляной индустрии. В один из дней под конец моего путешествия, я возвращалась в отель с презентации новой линейки бонгов и других курительных устройств, которая проходила в роскошном пентхаусе в паре кварталов от Лас-Вегас Стрип. Именно тогда я случайно столкнулась с загадочным человеком 40-лет, внешне напоминавшим фавна из Нарнии, который представился не менее необычным именем, сочетавшим название двух книжных персонажей. Этого мужчину звали Маугли Холмс, и он поведал мне действительно невероятную историю.



Мистеру Холмсу просто нужно было выговориться кому либо о накипевшем: как позже оказалось, человек уже почти год крутился в сфере конопляного бизнеса, впитывая в себя грязные секреты динамично развивающейся индустрии. Несмотря на мягкость его голоса, в его словах можно было уловить нескрываемое возмущение, что и подвигло меня полностью выслушать его историю. Тогда я даже не представляла, что разговор со случайным незнакомцем станет началом расследования, которое будет идти несколько месяцев. Следуя по его наводкам, мне удалось узнать про некую малоизвестную компанию, которая владеет сотнями миллионов долларов инвестиций на рынке легальной конопли, а также штатом лучших специалистов по производству и изучению конопли и множеством союзников из числа знаменитостей, вроде небезызвестного бывшего телеведущего Монтелла Уильямса. Так или иначе, я узнала о великом заговоре данной организации, который заключался в постепенной монополизации всей конопляной индустрии под своим началом.

Вокруг нас с мистером Холмсом продолжали сновать типы, напоминавшие уличных наркодилеров, которые спокойно общались о бизнесе и делились испарителем с серьёзными ребятами в деловых костюмах. Все они являлись представителями ещё сравнительно новой индустрии легальной конопли, собравшимися в городе, чтобы найти себе партнёров для ведения бизнеса, либо просто, для сбора информации о положении дел на рынке. Безусловно, каждый посетитель проходившей в Вегасе конференции для конопляных предпринимателей, надеялся стать крупной рыбой на рынке, растущем с каждым месяцем. В воздухе так и парила атмосфера неизбежности наступления реформ, и никто будто бы и не замечал все те барьеры, которые ещё должен преодолеть молодой рынок. Так или иначе, мистер Холмс достал свой телефон и продемонстрировал мне график, иллюстрирующий различные типы и сорта конопли, ныне доступные на региональных конопляных рынках страны.

Позже я выяснила, что мой собеседник с очень необычным именем является известным в сфере изучения конопли учёным, работающим в Портленде, Орегон. Как он поведал мне, вместе с командой других исследователей, он занимается изучением и сохранением генома всех возможных сортов конопли. Рассматривая график сортов на его телефоне, он продемонстрировал мне несколько своих любимых разновидностей марихуаны. Он показал мне сорта с необычными вкусами, а также виды растений, которые вызывают сильный седативный эффект, полностью лишённый ощущения тревожности и паранойи. Среди них мелькали как знакомые названия, вроде Sour Diesel и Blue Dream, а также малоизвестные сорта, которые выводились долгими годами мелкими частными гроверами, проживающими в глубинах лесов Орегона. Так или иначе, программа Холмса наглядно продемонстрировала мне причину его печали и гнева: он утверждал мне, что эпоха растений с уникальной генетикой, выращенных на частных фермах уже почти подошла к концу; на смену ей пришла эпоха «большого конопляного бизнеса», вытесняющего индивидуальность с рынка ради «известных имён», способных привлечь клиентов в магазины.

Заинтригованная его рассказом, я договорилась встретиться с ним для продолжения беседы. На следующий день, он встретил меня не приветствием, а словами «боюсь, что ты не поверишь в то, что я тебе расскажу».

По словам Холмса, малоизвестная даже в кругах конопляной индустрии фирма, носящая название BioTech Institute LLC, уже довольно давно начала собирать патенты на разные сортовые разновидности конопли. Некоторые патенты уже находятся в руках компании, другие же уже оформляются на её имя. При этом, ушлые заговорщики догадались приобрести патенты на сорта не только в США, но и в некоторых странах Европы, являющихся потенциальными кандидатами на проведение легализации. При этом, компания собирает далеко не только именные патенты, вроде права на название сорта Sour Diesel. Хитрые бизнесмены также приобрели себе технические патенты на генетику данных разновидностей растений, по факту застолбив за собой право на их производство и распространение, всё благодаря законам о защите интеллектуальной собственности. Таким образом, держатели эксклюзивного патента имеют полное право требовать плату за право производства или сбыта данных типов конопли в юридическом порядке. Стоит заметить, что помимо магазинов и плантаций, которым придётся покупать лицензию на производства у держателей патента, от подобных ограничений также пострадают люди, пытающиеся выводить с помощью подобных растений новые гибриды конопли. Иными словами, даже при уплате права на пользование данным видом растения, селекционеры не будут иметь права на выведение новых сортов конопли, поскольку закон будет рассматривать такие действия в качестве нарушения интеллектуальной собственности правообладателей. В том случае, если подобные растения будут включать в себя терминационные гены, то рынку придётся распрощаться со свободной торговлей. Сортовые растения станут не только дорогими, но и бесплодными, что вынудить гроверов покупать новую партию живых семян у новоявленной конопляной версии Monsanto, которая уже вытворяет подобные трюки в отношении пищевых и технических сельскохозяйственных культур.

«Эти патенты точно не шутка. Я говорю вам, что грядут страшные времена», сказал мне явно обеспокоенный происходящим Холмс. «Вся легальная конопля может оказаться под гнётом одной частной компании, которая получит право бросать людей в тюрьму за то, что те растят патентованные растения без надлежащего разрешения».

На данный момент, конопляная индустрия США приносит за год чистую прибыль на сумму в 40 миллиардов долларов. Большую прибыль приносит только культивация кукурузы, да и то, вряд ли она сможет долго конкурировать с ростом конопляного производства. Несмотря на то, что конопля всё ещё запрещена к распространению и производству не только в США, но и во многих странах мира, одна компания в тайне уже несколько лет готовится к полному захвату власти на рынке. Ни одна сфера индустрии, будь то производство или изучение марихуаны, не сможет избежать гнёта корпоративных тиранов и их патентов, терпеливо дожидающихся каждой новой победы реформы. В конце концов, в случае наступления федеральной легализации в США, они автоматически станут единственными победителями так называемой «конопляной лихорадки».

Игра с высокими ставками:

«Самое безумное, что никто даже не знает имён учредителей этой конторы. Более того, никто даже не может предположить, когда они собираются начать действовать», сказал мне Холмс. Так или иначе, он сказал мне, что владельцем тайного предприятия, скорее всего является некий миллиардер, помыслы которого в отношении конопляной индустрии не ясны.

Больше всего Холмс боялся, что патентные права будут мешать учёным и селекционерам работать с терапевтическим потенциалом растения. Как уже показал опыт применения патентов биотехнологических фирм, подобные практики заметно снижают генетическое разнообразие растений. Для примера, как и слово «собака», которое обозначает целый вид животных с различными, не похожими друг на друга характеристиками, «конопля» также является собирательным термином для множества сортов каннабиса, имеющих самые разные свойства. Как вам наверняка известно, каждое отдельное растение конопли имеет в свой уникальный химический состав, в форме спектра каннабиноидных соединений и терпенов. Одни смеси каннабиноидов производят на потребителя стимулирующий эффект, другие же, напротив, успокаивают человека, оказывая сильное седативное действие. Многие из них имеют заметные целительные свойства, применимые в терапии хронических заболеваний. В частности, существующие исследования о свойствах КБД и ТГК, подтверждают с помощью экспериментов на мышах, что каннабиноиды имеют множество положительных воздействий на здоровье, от повышения плотности и прочности костей тела, до уменьшения размера злокачественных раковых опухолей. Так или иначе, стоит отметить, что учёные ещё даже не приступили к изучению свойств многих редких и малоизвестных каннабиноидов.

«Уникальные генотипы растений, выращиваемые в определённых регионах мира, могут оказаться настоящим кладом для медиков», замечает Холмс, который искренне надеется на скорое упрощение процедур проведения клинических исследований с марихуаной. Как-никак, доказательства терапевтической эффективности растения в лабораторных условиях заметно могут ускорить ход полной легализации. Так или иначе, по его мнению, компания обладающая контролем над патентами на сорта растений, скорее всего, ограничит проводимые исследования в судебном порядке, либо вовсе возьмёт новые разработки под свой контроль. Даже забавно признать тот факт, что власти страны, так долго поддерживавшей криминализацию, уже скоро могут начать защищать права частных лиц на владение определёнными разновидностями данного растения.

«Единственным способом саботировать данный план, является опровержение новизны приобретенных корпорацией патентов», утверждает Холмс, замечая, что уже выкупленные сорта и их названия существовали за долго до нынешнего движения в сторону реформы. Так или иначе, чтобы поставить «новизну» патентов под сомнение, миру конопляного бизнеса придётся отставить конкуренцию и деловые разногласия, для того, чтобы предоставить властям точную информацию о происхождении различных сортов. Иными словами, демонстрации графика Холмса, который содержит информацию не только о типах сортов, но и оценку их приблизительного времени существования на рынке, явно будет не достаточно, чтобы убедить суды и бюрократов отказаться от оформления патентов на коноплю.

В любом случае, после моего предложения освятить историю заговора BioTech Institute в прессе, Холмс просто моргнул и ушёл, не произнеся ни одного слова. С тех пор я больше не видела его и не смогла выйти с ним на связь. «Эта история безумна, но в ней явно есть доля правды», гремели мысли в моей голове, которую начала захватывать волна паранойи. Что если Холмс был прав, и уже скоро, одна малоизвестная компания будет управлять всем рынком легальной конопли своей железной рукой? Может быть, власти смогут предпринять что-либо против столь наглого захвата индустрии? Так или иначе, я осознала, что мне следует убедиться в подлинности вещей, сказанных Холмсом самостоятельно.

Для начала, я обратилась за помощью к одной своей старой знакомой, занимающейся новостями из мира биотехнологии, попросив его предоставить мне любую информацию о загадочной BioTech Institute. Услышав это название, она задержала дыхание и показала мне одно письмо, которое уже как два месяца циркулировало в кругах влиятельных игроков конопляного рынка. Данный текст был написан генетиком Реджи Годино, который обсуждал с представителями бизнеса возможность приобретения интеллектуальных прав на некоторые сорта растения уже упомянутой организацией. В частности, он утверждал, что фирма намеревается получать от рынка конопли куда большую прибыль, чем пара сотен миллионов долларов, для чего она, якобы, планирует постепенно выкупить или иными способами заполучить права на каждый сорт конопли, существующий в природе. Вы всё верно поняли: другой генетик, работающий с коноплёй, подтвердил информацию о том, что некая неизвестная компания собирается приобрести права на все доступные на рынке разновидности марихуаны, чтобы стать единоличным обладателем прав на их производство и сбыт, потенциально став не просто национальным, но международным монополистом в сфере коноплеводства.

Вернувшись из командировки в Вегас, я начала обсуждать данную историю с другими журналистами, однако тут и там, я сталкивалась с неожиданной реакций: вместо того, чтобы отрицать историю как бредни, мои коллеги начинали говорит полушёпотом; источники с которыми я пыталась созвониться или списаться обрывали диалог, ссылаясь на возможность прослушивания. Иными словами, за четыре года работы в сфере журналистики на конопляную тематику, я ещё не встречала истории, которая могла бы вызвать такой напряжение и страх в сердцах людей.



Невидимый монополист:

Забавно, но если не рассматривать многочисленные патенты на её имя, компания с названием BioTech Institute вообще не существует. У данной организации нет своего сайта в интернете. Помимо этого, являясь коммерческой организацией, она не выпускает никаких продуктов и не предоставляет услуги населению. Также она не владеет конопляными магазинами или плантациями, предпочитая ограничиваться покупкой прав на конопляные патенты, что является единственным явным доказательством её существования. Проверка названия по деловым базам данных, показала, что загадочная компания-невидимка имеет два адреса в Лос-Анджелесе. На проверку, оба адреса оказались адвокатскими конторами, работники которых не изъявили особого желания к общению с прессой.

Источник в патентной службе сообщил мне, что в среднем, организация тратит около 250,000 долларов на изучение и приобретение уникального патента на растение. Тут я поняла, что если мне удастся отследить покупателя патентов, мне получится установить его личность и возможные планы на будущее конопляной индустрии. Однако, я даже не представляла с чего мне следует начать свой поиск.

Так или иначе, передо мной находились три группы «подозреваемых» конопляных предпринимателей, которых можно разделить по их непосредственному отношению к растению и манере ведения бизнеса. Первой и самой старой из данных групп являются люди, которых можно назвать «подпольщиками». Подобные гроверы и дилеры начали заниматься конопляным бизнесом задолго до легализации. Кто-то пришёл в подпольный бизнес из-за денег, кто-то из них просто желал помочь людям, которые не могли получить доступ к медицинской конопле, другие же вовсе, стали культиваторами ввиду своей любви к растению и его употреблению. Так или иначе, все эти люди сознательно решили жить, нарушая законы государства, поэтому, проще всего обозначать их термином «подпольщики».

Следом за ними идут представители текущей «зелёной лихорадки»: богатые инвесторы и финансисты, которые заметили прибыль в стремительно распространяющейся легализации. В отличие от «подпольщиков», «зелёные» не имеют опыта в работе с коноплёй. Многие из них даже не употребляют марихуану, не говоря уже о наличии у них познаний о культивации растения. По этой причине, в новой индустрии их интересует только получение прибыли, причём как можно скорее и без лишних проволочек. Зачастую они опасаются возможных юридических проблем со статусом растения, поэтому они доверяют свои деньги либо дочерним фирмам, занимающимся производством и сбытом растений в качестве официального посредника, либо вовсе вкладывают их в околоконопляные виды бизнеса, вроде предоставления охраны и IT услуг конопляным предприятиям. Так или иначе, они опасаются возможности заморозки своих активах в банках, если власти заподозрят их в прямом сотрудничестве с бизнесом (или как говорят сами федералы, «соучастии в отмывании наличности от нелегального наркобизнеса»).

Наконец есть предприниматели, которые имеют характерные черты обеих предыдущих групп. Они могли стартовать в подполье, позже перейдя в легальный бизнес, либо наоборот, оказаться в подполье ввиду изменения законов в отдельном регионе страны, но по факту, они регулярно имеют дело как с «подпольщиками», так и «зелёными» бизнесменами. По этой причине, данную группу можно назвать «хамелеонами» (поскольку они умеют адаптироваться к стилю работы других групп, в зависимости от сложившихся обстоятельств).

По известной информации о предоставлении данных на оформление патентов, мне удалось выйти на одного предпринимателя «хамелеона», по имени Майкл Бэкс, который является довольно известной персоной в кругах калифорнийского конопляного бизнеса. На сайтах по конопляной тематике, он известен под псевдонимом «Морфей», явно указывая на персонажа фильма «Матрица», с которым он имеет определённое сходство: внешне, Бэкс является таким же рослым и внушительным мужчиной, с лысой головой и решительным взглядом в глазах, конечно за исключением, что его кожа имеет светлый оттенок. Говоря точнее, мистер Бэкс является основателем и владельцем одного из старейших легальных медицинских магазинов Лос-Анджелеса, также имея репутацию коллекционера и ценителя редких сортов конопли со всего мира. Также в число его успехов входит консультация писателя Майкла Крайтона, в написании нескольких его работ, и предоставление технических консультаций на съёмках нескольких голливудских блокбастеров.

Так или иначе, в ответе на моё сообщение, Бэкс попросил меня больше никогда его не беспокоить, при этом заметив только, что он уже давно не сотрудничает с BioTech Institute.

Дальнейшее расследование вывело меня на дочерние предприятия загадочной компании, которые, якобы, управлялись с ранее обнаруженных адресов адвокатских контор. В числе данных фирм находятся организации BHC Consultants, NaPro Research, а также любопытная компания, называемая Phytecs.

В отличие от других предприятий, связанных с BioTech, Phytecs имеет свой собственный сайт в интернете. Оформление дизайна сайта, который всеми силами избегает упоминания слов «конопля» и «марихуана» сразу натолкнули меня на мысль, что её учредителями могут являться «зелёные» бизнесмены, опасающиеся замарать свой законопослушный образ связями с «наркотиком». Так или иначе, страница организации говорит о разработках новых форм терапии хронических заболеваний, с помощью взаимодействия с эндоканнабиноидной системой тела человека, выдавая профиль работы фирмы с головой. Очевидно, что организованная «зелёными» фирма будет работать с веществами в составе конопли, но не с самим растением, поскольку существующие в США ограничения касаются только марихуаны, но не отдельных каннабиноидов, которые вполне законно можно синтезировать в лаборатории.

К моему шоку и удивлению, я заметила, что в состав команды малоизвестной фирмы входят два величайших учёных в сфере изучения растения, а именно доктор Рауль Мешулам, ещё в 60-е годы открывший эффект ТГК на человеческий организм, ставший таким образом «отцом современной конопляной медицины», а также врач-невролог Итан Руссо, приложивший руку к производству первых каннабиноидных лекарств, доступных на открытом рынке. Мне удалось организовать телефонное интервью с мистером Руссо, который сообщил мне, что Phytecs является лишь «небольшой компанией, занимающейся медицинскими разработками и надеющейся выпустить свои первые продукты, содержащие каннабиноиды, с наступлением легализации в регионе» (Замечу, что позже представители фирмы прояснили прессе, что они работают не только над проектами в области конопляной медицины, также занимаясь изучением эффективности экстрактов других форм лекарственных растений).

«В частности, у нас имеется очень активная программа разработок в области дерматологии и косметологии», заметил Руссо, пояснив, что продукты фирмы будут продаваться как в свободной форме, так и по рецепту от лечащего врача.

Тогда я подумала: «является ли Phytecs частью заговора BioTech Institute?»» Вполне возможно, учитывая, что при упоминании данного названия и темы патентов, доктор быстро перевёл тему, предложив мне прояснить данные вопросы с юристами фирмы.

«Я не могу говорить с вами на данную тему, поскольку наши разработки являются довольно деликатным и дорогостоящим продуктом. Вы же понимаете, что данные исследования касаются растения, которое запрещёно федеральными законами США… Помимо этого, не стоит забывать про позицию администрации Трампа по отношению к конопле… Надеюсь вы понимаете причины нашей скрытности?», сказал он перед завершением разговора.

Жадность «подпольщиков»:

К этому моменту я начала серьёзно сомневаться, что группа «подпольщиков» могла иметь какие либо связи с BioTech Institute, поскольку план компании основывался на «типичной» логике крупного, корпоративного бизнеса. Так или иначе, BioTech явно следовала примеру современных гигантов рынка биотехнологий, а именно фирм Pioneer и Monsanto, которые начали собирать технические патенты на разные региональные разновидности сельскохозяйственных культур в начале 80-х годов, после того, как власти нескольких стран Европы и США стали позволять корпорациям приобретать подобные права.

В частности, эти две компании, начали с оформления прав на то, что действительно можно назвать их собственными разработками: первые патенты были оформлены на разработанные штатными генетиками компаний сорта пищевых культур, вроде кукурузы и томатов, в геном которых были введены молекулы пестицидов. Спустя пару лет и послабление ограничений в области патентных законов, позволили Monsanto и другим биотехнологическим фирмам начать приобретать полные права на региональные вариации растений, селекционеры которых неизвестны истории. В качестве примера можно привести захват компаний Monsanto прав на производство жёлтой фасоли, являющейся традиционной разновидностью данной пищевой культуры, уже многие века произрастающей по всей Мексике и широко употребляемой бедными слоями населения. Несмотря на тот факт, что многие фермеры страны столкнулись с полным банкротством и нищетой, ввиду патентной политики гигантской компании, судебные тяжбы по данному вопросу заняли целых десять лет. По факту, конфликт между корпорацией и фермерами закончился лишь потому, что весь суд привлёк много нежелательной прессы в адрес Monsanto, вынудив гиганта биотехнологий отказаться от прав на мексиканскую фасоль, чтобы хоть как то сохранить своё лицо.

С тех самых пор, для многих сторонников «зелёного» движения в защиту экологии, название виновной корпорации стало нарицательным: в данных кругах «Monsanto» обозначает необычайную корпоративную жадность, а также готовность бизнесменов всячески изгибать все возможные законы, для получения прибыли, даже если ценой их действий станут жизни сотен тысяч человек. Так или иначе, можно вполне очевидно предположить, что такой образ ведения бизнеса вряд ли бы привлёк «подпольщиков», которые долгие годы избегали внимания корпораций и государства, оставаясь вне закона.

В любом случае, для продолжения расследования мне понадобилась дополнительная информация, а именно наводки на потенциальных инвесторов, у которых могло бы быть средства для приобретения столь большого числа патентов. Поэтому, в начале прошедшего февраля, я направилась в горы Северной Калифорнии, в регион, считающийся своеобразной «крепостью» всех американских подпольных гроверов конопли. В частности, данный регион, называемый «изумрудным треугольником», получил свою славу центра американского коноплеводства ещё в начале 70-х годов, когда в его зелёные леса переселилось множество хиппи, битников и прочих колоритных, контр-культурных личностей из южной части Калифорнии. Моим пунктом назначения стало небольшое кафе в городке Ил Ривер, где я встретилась с двумя мужчинами в возрасте 50 лет. Как вы можете предполагать, два пожилых джентльмена, представившихся мне, как Кевин Джодри и Зигги, оказались легендарными в краю гроверами, которые уже почти 30 лет растят марихуану на своей ферме, сокрытой в тихих горах региона.

Сам мистер Джодри является своеобразным лидером и организатором местного сообщества подпольных культиваторов конопли. Помимо этого, он владеет одной из крупнейших «серых» плантаций конопли в округе, которая, по его словам, в год приносит продукт на сумму в области 150-200 миллионов долларов. Перед поездкой я узнала в телефонном разговоре с Кевином, что он знает имя Маугли Холмса: около года назад он сам встречался с учёным, поддержав его проект по изучению генома разных местных сортов конопли, подтолкнув своих соседей к сотрудничеству с его лабораторией. Как вспоминает Джодри, тогда доктор Холмс предлагал фермерам провести сканирование генетики их фирменных сортов, чтобы его лаборатория выпустила техническую информацию о растениях в свободный доступ, тем самых сделав их недоступными для регистрации эксклюзивных патентов.

«Я до сих пор пытаюсь убедить многих местных предоставить образцы своих сортовых растений для анализа. Я нефига не позволю типам в костюмах явиться ко мне на ферму и заявить, что я, якобы, больше не владею правами на выведенные моими же руками сорта, поскольку некий неизвестный толстосум выкупил на них патент», сказал старый фермер, перед тем как он сел за завтрак. «Я не позволю всяким жуликам забрать то, над чем я и многие другие жители нашего округа работали десятки лет».

Однако, несмотря на всё его влияние и шарм, от силы только четверть местных гроверов-подпольщиков согласилась обнародовать генетику своих растений.

Возможно, многие из них не доверяют самому доктору Холмсу и его плану. В конце концов, Холмс сам является бизнесменом, который может использовать полученную информацию для своего обогащения. Нельзя исключать также той возможности, что вся история с патентами была хитрым обманом фермеров, и что селекционеры доктора уже принялись за выведение новых, модифицированных сортов конопли, пользуясь полученной даром информацией.

Некоторые фермеры-подпольщики прямо сказали Холмсу, что они сами желают приобрести уникальные патенты на свои сорта, после того, как в штате наступит легализация, для того чтобы уйти на покой и жить на дивиденды от их производства.

В этот момент я начала понимать, что образ «простого конопляного фермера» которого пытаются уничтожить крупные бизнесмены в строгих костюмах, по большей части, оказался «пустышкой», наивным мифом времён «свободной любви» и хиппи с длинными волосами. В конце концов, несмотря на любовь к потреблению марихуаны, многие «подпольщики» подались в конопляный бизнес именно ввиду его прибыльности, а не неких альтруистических убеждений. Нельзя отрицать возможности того, что многие из этих фермеров, также принимают участие в коварной схеме BioTech Institute.

Сами Джодри и Зигги не сомневаются в существовании тайного заговора, полагая, что некоторые из их соседей уже по собственной воле отказались от своих растений, получив за права на них солидную сумму. В конце концов, далеко не каждый человек может всю жизнь скрываться в лесах, далеко от цивилизации, ради своего бизнеса.

«Кто в наше время не откажется быстро срубить бабок, даже если при этом, тебе придётся пойти против своих принципов и совести? Честно говоря, если бы у меня были такие крупные деньги и подобный план, я бы сам попытался бы стать единоличным хозяином всего легального рынка конопли на Земле», с ехидной улыбкой подметил Зигги.

«Мы прекрасно понимаем, что эти ребята стараются строить бизнес. Однако пусть они знают, что мы не собираемся сдавать наши труды и наследие без боя», заявил Джодри, грозно размахивая пальцем. «Путь эти заговорщики знают: в этой заварушке мы не собираемся проигрывать или сдаваться. Будьте уверены, гады, мы ещё всех вас переживём».

Охота на инвесторов:



Несмотря на то, что новые сведения указывали на причастность всех сословий конопляной индустрии к заговору по монополизации рынка, я была уверена, что ресурсы на осуществления столь грандиозного плана, могли найтись только у группы «зелёных» бизнесменов. Помимо их богатства, они также стараются всячески сокрыть свою связь с индустрией, что вполне соответствует почерку загадочных заговорщиков.

По этим наводкам, я решила обратить внимание на потенциальных инвесторов, у которых могут иметься связи и деньги для сбора технических патентов на растения. Естественно, в число основных «подозреваемых» попал один из богатейших жителей США, а также известный IT бизнесмен, филантроп и сторонник полной легализации, Шон Паркер. Помимо того, что он является основателем файлообменника Napster, многие наверняка знают его по проводившейся в прошлом году кампании в поддержку референдума по легализации, которую он почти полностью профинансировал самостоятельно. Говоря точнее, после его щедрого пожертвования на 7 миллионов долларов в пользу конопляных активистов, некоторые люди стали подозревать технологического магната в неких коварных планах в отношении конопляной индустрии. Логично предположить, что после нескольких лет сбора патентов на растения, Паркер решил стимулировать ход реформы в родном штате, чтобы начать скорее отбивать свои инвестиции на рынке.

Так или иначе, после общения с публицистами мистера Паркера, я узнала, что помимо того, что он не имеет связей с фирмой BioTech, он также не имеет каких либо инвестиций в местных или располагающихся в других штатах конопляных фирмах. Сторонняя проверка данной информации только подтвердила истинную невиновность человека, которого я считала «главным подозреваемым».

После подобной ошибки, я решила расширить круг подозреваемых, включив в него не только миллиардеров, но и инвесторов, которые могут иметь активы всего в районе нескольких миллионов долларов. Так или иначе, по всей стране полно банкиров, бизнесменов и прочих богачей, которые могли осознать, насколько схема с патентами может увеличить их банковские счета. Калифорния особенно богата на подобный тип личностей: хозяева небольших IT фирм, которым не удалось стать новыми Гейтсами или Цукербергами; кинопродюсеры и стареющие звёзды хип-хопа, которые решили превратить своё «хобби» в полноценный, прибыльный бизнес; типы с Уолл-стрит, руки которых так и тянуться к очередной «легальной» афере на миллиарды долларов; представители фармацевтических и ликероводочных компаний, которые решили защитить свою прибыль, хитро захватив контроль над растущим конкурентным рынком. Иными словами, соучастником заговора против легальной конопли мог оказаться любой человек, имеющий инвестиционное портфолио.

По счастливой случайности, перед тем как я отправилась охотиться на потенциальных плутократов конопляного рынка, мне поступило приглашение на эксклюзивную вечеринку, на которой должны были собраться крупнейшие конопляные инвесторы региона. Организатором ужина был бывший маклер банка Bear Sterns, обанкротившегося в первые дни финансового кризиса 2008 года, по имени Грег Шрайбер.

«Это будет вечеринка что надо!», сообщил мне хозяин вечера в ходе телефонного разговора. «На банкете соберутся не просто какие-то миллионеры, а настоящие миллиардеры!»

После того, как мистер Шрайбер любезно назвал мне ряд имён известных богачей, я поняла, что данный ужин может стать отличной отправной точкой расследования. Поэтому, спустя неделю после звонка, я оказалась в пентхаусе роскошного отеля в центре Лос-Анджелеса, на первом вечере «зелёного стола», как назвал данное мероприятие сам Шрайбер.

Обеденный зал был наполнен серьёзными мужчинами с седыми волосами, одетыми в роскошные фраки и смокинги. На двух массивных и длинных столах, стоявших в центре помещения, гостей уже дожидался банкет из богато украшенных конопляным экстрактом блюд. Официанты суетились между гостей, то и дело предлагая каждому второму человеку бокал вина или шампанского. В одном углу расположился музыкант, тихо игравший на виолончели, заглушаемой гамом посетителей вечера. Среди гостей мне удалось узнать лицо телевизионного продюсера Кристины Дженнер, а также нескольких бывших атлетов из местных команд NBA и NFL. Помимо них, в толпе можно было различить нескольких хозяев региональных конопляных старт-ап компаний, а также специальных корреспондентов разных тематических изданий, вроде High Times. Наконец, я случайно натолкнулась на эксцентричного вида мужчину с длинными светлыми волосами, выделявшегося из толпы своим галстуком бабочкой и сандалиями, одетыми на босую ногу, которые, по его словам, были приобретены вчера в бутике Гуччи за 500 долларов.

Так или иначе, немного осмотревшись и ознакомившись с обстановкой, я начала расспрашивать гостей вечера на счёт BioTech. В итоге, после десятка новых знакомств (в том числе общения с профессиональным игроком в поло, который перепутал патенты с торговыми марками компаний) я так и не смогла найти не одной стоящей наводки на людей, которые могут стоять за планом монополизации рынка.

В итоге, я начала приходить к мысли, что «зелёные» инвесторы, буквально были слишком очевидными новичками на рынке, которые могли владеть деньгами, но не информацией, для того, чтобы придумать план по захвату индустрии. Поразмыслив о том, что «подпольщики» имеют информацию, но не деньги, а «зелёные» имеют средства, но не информацию, я осознала, что скорее всего, реальные заговорщики могут скрываться среди представителей третьей группы предпринимателей, находящейся посередине. Поэтому, в поисках дальнейших зацепок, я решила организовать встречу с одним очень известным в глазах общественности бизнесменом-«хамелеоном», а именно, актёром Монтеллом Уильямсом.

Наводка от Уильямса:

В итоге, рассмотрев возможные источники информации, я решила пообщаться на тему конспирации с Монтелом Уильямсом, для его мне пришлось подкараулить актёра на входе в его отель.Мой выбор пал на Уильямса, поскольку его действительно можно было отнести к категории предпринимателей «хамелеонов». В отличие от многих знаменитостей, вроде Вилли Нельсона или Вупи Голдберг, которые пришли в бизнес сравнительно недавно, Уильямс занимается конопляным предпринимательством уже почти десяток лет, гарантируя, что он действительно будет обладать стоящей информацией о корпорациях на рынке, в том числе, и о загадочной BioTech.

На самом деле, Уильямс также входил в мой список потенциальных участников и организаторов заговора: так или иначе, в 2011 году он основал в Сакраменто медицинскую фирму Abatin Wellness Center, многие специалисты которой позже перешли работать в дочерние предприятия BioTech. Более того, в 2012 году, ранее упоминавшийся Майкл Бэкс занимал пост начальника исследовательской лаборатории данной фирмы, наконец, стоит заметить, что с 2016 года, компания управляется одной из адвокатских контор, за которыми зарегистрированы офисы Phytecs и BioTech. Перед встречей с мистером Уильямсом, я позвонила в главный офис Abatin, выйдя на связь с его официальным представителем, по имени Одри Специале. Хотя мисс Специале сообщила, что она никогда не слышала ни про BioTech, ни про Phytecs, она подтвердила факт своей работы под началом Бэкса и также то, что она всё ещё держит с ним контакт.

«Хотя теперь мы работаем в разных организациях, у нас имеются общие проекты», заметила она.

Несмотря на то, что уже с 2013 года Уильямс больше не входит в совет правления Abatin, у него безусловно могли найтись деньги и самое главное, опыт, для составления и реализации плана захвата рынка. Так или иначе, человек более 17 лет работает на телевидение, где он продавал миллионам людей разные товары. Вполне очевидно, его харизмы и обаяния могло бы хватить для организации группы инвесторов заговорщиков, способных реализовать столь масштабный план.

После нескольких напряжённых часов ожидания, в фойе Ритц-Карлтона появился сам Уильямс, одетый в белый пиджак и обвешанный дорогими драгоценностями. Не успела я сказать ему и слово, как он попросил меня подождать его, пока он будет смывать остатки макияжа со съёмок. Пока Уильямс отлучился в уборную, я осталась наедине с Джонатаном Фрэнксом, его близким другом и персональным помощником. Фрэнкс, распивающий энергетик, быстро переместился к приёмной отеля, громко потребовав у персонала организовать столик в ресторане Вольфганга Пака на 24 этаже отеля, для проведения интервью. В итоге, я оказалась на веранде с роскошным видом на оживлённые улицы Лос-Анджелеса один на один с человеком, на момент являвшимся главным подозреваемым в моём расследовании.

Мистер Уильямс является сторонником легализации медицинской конопли с 1999 года, когда он впервые начал использовать её в борьбе с рассеянным склерозом. Как удалось выяснить из разговора, в те дни он занимался продвижением новой линейки медицинских экстрактов конопли, разработанных фирмой Lenitiv Labs, и через пару часов после нашего интервью он должен был оказаться на рекламном мероприятии этой модели продуктов, называемом CannaCool Lounge.

Так или иначе, не успели мы устроиться за столом, как Уильямс начал подробно рассказывать мне детали, касающиеся его связей с конопляным бизнесом. Настоящий профессионал в плане обольщения, не сводя с меня глаз, он спокойно начал рассказывать мне про разработки в сфере конопляных экстрактов, демонстрируя мне насколько он серьёзно относится к своим партнёрам в бизнесе.

Перебив его, я поинтересовалась, не владеет ли он патентами на определённые сорта марихуаны, заметив, что некоторые предприниматели стараются сделать деньги в индустрии подобным образом.

«Нет, я не обладаю патентами на сорта конопли», прозвучал его краткий ответ.

Позже диалог зашёл в сторону обсуждения лиц, работающих над новыми видами конопляных лекарств, и мне удалось упомянуть имя Итана Руссо, которого я также подозревала в участии в заговоре. На вопрос о том, не приводилось ли ему работать с доктором Руссо, Уильямс заметил, что он лишь несколько раз лично встречался с учёным, когда тот непродолжительное время работал на Abatin Wellness.

Тут я заметила довольно любопытную деталь: в раннем разговоре с доктором, он отрицал, что работал на какие либо другие компании, кроме Phytechs, безусловно указывая на то, что я наконец-то нашла долгожданную зацепку.

Продолжая наш разговор, я поинтересовалась знакомством Уильямса и Майкла Бэкс. Как оказалось, легендарный гровер также в своё время сотрудничал с Abatin.

«Да, совершенно верно, он работал в этой конторе, по крайней мере до моего ухода. Мне пришлось на некоторое время отдалиться от конопляного бизнеса, поэтому я потерял с ним контакт», заметил Уильямс, отказавшись распространяться на тему его временного ухода из индустрии.

Хотя после разговора, я поняла, что Уильямс не причастен к заговору, мне удалось узнать, что три компании, а именно Abatin, Phytechs и BioTech безусловно имеют некую связь, возможно указывающую на реальных организаторов конспирации.

Пока я ожидала свою машину на парковке отеля, меня догнал Фрэнкс, который решил подробнее рассказать мне, почему в своё время его друг разорвал связи с основанной им фирмой.

«Слишком много ответственности и стресса», сказал он. «Инвестор предприятия поставил слишком большие деньги на его успех, в результате чего Монтеллу и другим сотрудникам компании приходилось работать почти без выходных. За 18 месяцев работы в компании, он будто постарел лет на 10. Так или иначе, вкладчик заметил, как работа влияет на Монтелла. У него самого есть жена и двое детей, поэтому он и предложил ему на время отлучиться от работы».

Наконец-то мне удалось найти хотя бы общее описание загадочного человека, который стоит за всеми тремя фирмами: выходит, что это мужчина, обладающий большим капиталом, и имеющий двоих детей. Однако, столь скудный портрет всё ещё оставлял множество загадок о его личности.

В результате, загрузившись в свою хонду, я приехала на упомянутую Уильямсом презентацию CannaCool Lounge, желая подробнее расспросить Фрэнкса о таинственном инвесторе. Как и на прошлой вечеринке, я оказалась в заполненном сотнями людей банкетном зале, где богачи в костюмах попивали шампанское, пробуя разные закуски с добавлением конопляных экстрактов. Среди толпы гостей я выловила высокую фигуру Уильямса, который активно развлекал гостей, аккуратно продавая им свой продукт.

В частности, он показывал некой богато одетой пожилой даме, как следует пользоваться новенькой моделью электронного испарителя для экстрактов конопли. «Просто нажмите вот на эту кнопку», сказал он её, протягивая руку с готовым к применению устройством. Дама уверенно затянулась паром конопли, под одобрительные возгласы окружающих. «Леди, вот это я понимаю затяжка. Сразу видно настоящего ценителя конопли», сказал с улыбкой Уильямс подкурившейся даме, которая улыбнулась ему в ответ.

Так или иначе, я искала не его, а Фрэнкса, который явно был больше расположен к общению на тему конопляного заговора. После того, как я вновь начала задавать вопросы про загадочного инвестора, пот начал градом литься с его лица. «Я понял, что вы хотите узнать кто он на самом деле, однако, вы не сможете его найти», сказал он с хитрой ухмылкой. «Так или иначе, имени этого человека не найти даже в интернете».

Таким образом, мне удалось отсечь из списка ещё ряд подозреваемых. Выходит, если имя инвестора столь малоизвестно, вряд ли им могли оказаться IT-бизнесмены и известные финансисты. Отметив данный факт, я продолжила расспрашивать Фрэнкса о делах фирмы Abatin.

«Abatin, Phytechs или BioTech, неважно», продолжил он свой рассказ. «За всеми этими организациями стоит один и тот же человек».

«Но откуда у него такие большие деньги?», заметила я, на что он коротко ответил «косметика». Тут же я вспомнила свой разговор с доктором Руссо, который говорил о том, что Phytechs также занимается разработкой линии продуктов, предназначенных для ухода за кожей.

«В своё время мы с Монтеллом работали на этого человека», добавил Фрэнкс. «Он живёт здесь в городе, в Беверли-Хиллз, если быть точным. Поверь, на самом деле он не такой плохой парень, как его представляют себе активисты».

Так или иначе, Фрэнкс, поняв, что он сказал мне слишком много, отказался от дальнейшего разговора. Однако, на этот момент у меня уже было более чем достаточно деталей, чтобы найти человека во главе заговора.

В последний раз попросив Фрэнкса назвать имя загадочного инвестора, он предложил мне найти его самостоятельно, дав мне последнюю наводку. «Несколько лет назад Abatin пыталась открыть магазин на территории округа Колумбия», сказал он. «Начни свой поиск там».



Лицо заговора:

Через месяц, я наконец-то получила ответ от правительства округа Колумбия на мой запрос, касательно действий Abatin на его территории. Как выяснилось, несмотря на то, что компании не удалось открыть в городе свой магазин, она смогла организовать в округе небольшую плантацию медицинских растений. Благодаря «акту о свободе информации», я смогла вынудить чиновников прислать мне копию лицензии данного предприятия, а также связанные с ней бумаги. Просмотрев список учредителей плантации, я наконец смогла установить личность таинственного инвестора-монополиста. Его имя шло в списке сразу после самого Монтелла Уилльямса, и он действительно оказался бизнесменом, связанным с производством и продажей косметики: таинственного главу конспирации звали Шон Седагат.

Забавно, что в итоге моего расследования, «коварным гением» оказался некий неизвестный человек.

Так или иначе, Фрэнкс ошибался, когда утверждал, что Седагата невозможно найти в интернете. Зная его имя, я смогла найти достаточно информации о личности таинственного бизнесмена. Как сообщает LA Times, семья Седагата уже несколько поколений занимается косметическим бизнесом. В 1997 году, Шон продал компанию своего отца за 255 миллионов долларов, чтобы основать несколько своих косметических фирм, которые пришли к не меньшему успеху. Помимо всего прочего, его ранее упоминавшийся дом в Беверли-Хиллз, однажды мелькал на ТВ, будучи арендованной декорацией в клипе Бритни Спирс на песню «Slumber Party».

Помимо этого, намёки на его личность содержались в написанной Майклом Бэксом в 2014 году книге, названной «Конопляная аптека». В начале книги, Бэкс в первую очередь поблагодарил в помощи в её написании некого Шона, который, якобы «предоставил ему истинное видение будущего конопляного бизнеса». Другой анонимный источник, который некогда работал вместе с Бэксом, также сообщил мне, что многие его исследовательские проекты спонсировались «неким богатым бизнесменом, с ближневосточной внешностью, который занимается продажей косметики». Наконец последнее подтверждение личности организатора заговора, поступило мне от редактора конопляного журнала O’Shaughnessy’s, по имени Фред Гарднер, который однажды общался с несколькими учёными, якобы работавшими на компанию с названием BioTech Institute, назвавшими своим начальником неизвестного бизнесмена по имени Шон.

«На самом деле, я мог сам встречаться с ним на одной из конопляных конференций в 2015 или 2014 году. По моему они просто представили его мне, как «Шон, наш инвестор» позже пояснив, что он единолично спонсирует всю работу компании», вспоминает Гарднер. «Он выглядел как обычный бизнесмен в строгом костюме, похожий на типичного вкладчика в Уолл-стрит, который держится подальше от конопли. Однако, в ходе дальнейшего разговора, выяснилось, что он буквально руководит каждым аспектом работы фирмы лично».

Вполне возможно, что мистер Седагат даже не является миллиардером, как я подозревала ранее: дальнейшее исследование его сделок привело меня к оповещению о провале сертификации магазина Abatin в Нью-Джерси, в котором указывается, что «Шон Седагат и его деловые партнёры обладают финансовыми активами на общую сумму, как минимум, на 100 миллионов долларов», но не больше.

Позже мне удалось установить, что юридическая штаб квартира Phytechs и BioTech находится в одном здании с косметической фирмой Седагата, называемой Yonwoo/PKG. Если говорит точнее, офис компаний Phytechs находился прямо под конторой BioTech, где располагались адвокаты, с которыми я столкнулась в начале расследования. Оказывается, начальник юристов, по имени Гэри Хиллер, оказался главным подельником бизнесмена, который занимается непосредственным надзором за ежедневной работой обеих фирм для своего скрытного партнёра.

Так или иначе, сотрудники обоих офисов сообщили мне, что я не могу назначить встречу ни с Хиллером ни с Седагатом, поскольку они оба, якобы «находились в отпуске». На входе в офис Хиллера меня встретил Дон Дункан, некогда известный в Калифорнии конопляный активист «подпольщик», несколько лет ставший «деловым консультантом», который попытался убедить меня, что я ошиблась адресом, утверждая, что я пришла в офис фирмы BHC Consultants (одной из подставных фирм конспирации, которая, непосредственно занималась приобретением патентов на растения). Позже, под давлением, он признался, что Седагат является хозяином «разных не связанных друг с другом предприятий в сфере конопляного бизнеса». В конце концов, он начал нервничать и притворяться, что я неправильно расслышала фамилию его босса, одновременно приказав охране выпроводить меня за дверь.

В итоге я была на все 100% уверена, что именно Седагат и его друг адвокат Хиллер могут стоять за всей хитрой схемой захвата рынка. Дальнейшее расследование показало, что как Седагат, так и Хиллер имели несколько лицензий на ведение конопляного бизнеса, за которыми были закреплены предприятия, разбросанные по всему штату. Другой анонимный источник, который некогда работал в одной из этих контор, сообщил мне, что без сомнения, несмотря на разные названия и владельцев, все эти предприятия работали в составе единого делового конгломерата, возглавляемого этими бизнесменами.

Когда мне всё же удалось подкараулить покидавшего офис Хиллера, он признал связь с компаниями, однако отрицая, что Седагат является главным инвестором BioTech, Phytechs и других управляемых им подставных фирм. Соответственно он также стал утверждать, что фирмы имеют только деловые, но не юридические связи, что выдало его ложь.

Вместо интервью с самим Седагатом, мне удалось встретиться только с его юристом, который начал рассказывать мне информацию, противоречащую словам Хиллера. По факту, он признал, что Седагат всё же является главным инвестором Phytechs, а также что его компания имеет связи с некими «сторонним международными фирмами, на данный момент помогающими нашей организации в исследовании генома сортов конопли и оформления на них официальных патентов». Позже он сделал ремарку о том, что сам бизнесмен, по крайней мере с 2015 года, больше не принимает участие в управлении конопляным бизнесом (очевидно переложив это дело на своего делового партнёра и друга, Хиллера).

В данном диалоге меня особенно насторожили слова о «международных фирмах», подтвердивших опасения о том, что у конспирации имеются иностранные подельники, действительно собирающие технические патенты в ряде других стран.

Так или иначе, у меня создалось ощущение, что довольно многие крупные игроки на конопляном рынке могли слышать или участвовать в плане Седагата и при этом никто из них не начал бить тревогу о возможном возникновении мировой монополии на легальную марихуану. Помимо этого, я так и не смогла понять мотивацию столь масштабной конспирации: желают ли Хиллер и Седагат помочь рынку, взяв всю сферу медицинских исследований под свой прямой контроль, в случае наступления полной легализации на федеральном уровне? Может быть наоборот, они действительно желают обогатиться за счёт сборов за свои патенты? Что не скажи, их скрытность точно говорит о том, что единая мировая монополия на коноплю не сулит будущему легализации ничего хорошего.

Замечу, что в коротком разговоре с Хиллером тот сказал мне, что работа BioTech, сможет «кардинально изменить сферу конопляной медицины, позволив проведение исследований, ныне не представляющихся возможными», намекая на то, что деньги, вырученные с патентов, действительно могут быть направленные на проведение клинических испытаний, проведению которых ныне мешает правительство страны. Так или иначе, даже если он говорит правду, подобные «добрые дела», безусловно, будут проводиться по приказу монополии, способной сокрушить всех несогласных своей армией юристов.

В любом случае, BioTech и связанные с ней компании продолжают активно собирать технические патенты на разные растения по всему миру. Учитывая динамику роста конопляного рынка, вполне вероятно, что успех подобной схемы сделает Хиллера и Седагата самыми богатыми людьми в истории. Тем не менее, другие участники рынка продолжают игнорировать вполне очевидные опасные звонки. Если так пойдёт и дальше, то за пару лет, конспирация действительно сможет стать владельцем всех возможных патентов на коноплю. Тогда им останется просто дождаться легализации конопли, после чего они станут единоличными владельцами самого надёжного лекарства от эпилепсии и болезни Паркинсона, получив возможность запрашивать у потребителей любую цену на продукт и диктовать всем культиваторам мира свои условия.

Тогда уже точно, никто не сможет помешать их коварному замыслу.

Автор оригинала: Аманда Чикаго Люис

Источник: gq.com
Прислал: mcfry

Комментариев: 11


Читайте также:
Последние новости из раздела "Разное"
[11.12.2017] Италия: Как армия занимается производством медицинской конопли
[11.12.2017] Канада: Провинции согласны на открытие розничных конопляных магазинов
[08.12.2017] США: Делавэр примет рекреационную реформу уже в следующем году
[08.12.2017] Канада: Легализация не обернётся немедленной кончиной чёрного рынка
[08.12.2017] Израиль: Полиция планирует отказаться от преследования домашних плантаций
все новости...
Фото месяца
Автор: тт79
1711.tt79
Ух ты, реклама!
Семена Humboldt Seeds в магазине Dutch-seeds.pw
Последнее видео
Автор: Robotex3
Вернулся из командировки
Наши кнопки
Код кнопки
Код кнопки
Спонсоры ОЛК
M